Дикая Яблоня: другие произведения.

Добрые Соседи-2: Жара, гроза и медные струны (продолжение)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


  • Аннотация:
    Часть II
    в которой людей ожидает то, что хуже двух пожаров, чудовище объявляет войну, в прошлое встречается с будущим.



По поверьям, домовой может превращаться в кошку,
собаку, корову, иногда в змею, крысу или лягушку.

Известно также: если домовой плачет,
это всегда предвещает беду.


Люди передвигались от дома к дому короткими перебежками - из тени в тень. "Наверное, наблюдать за нами со стороны очень весело," - мрачно подумала Катерина, прислоняясь к стене, чтобы поудобнее ухватить системный блок. Ей самой не было весело ничуть. Стоило выйти на солнце, и возникало давно забытое ощущение, что она снова в своей крошечной городской кухоньке, у плиты, на которой зажжены все четыре конфорки сразу. И не зимой, разумеется, а жарким летом, да еще с закрытым окном.
У шефа на счет такого способа переезда имелось собственное мнение: он был просто в восторге. Тем более, что новый, еще толком не достроенный бизнес-центр очень кстати оказался на углу через дорогу. Рекламный буклет центра шеф обнаружил, рухнув с кресла, которое развалилось под ним на множество изгрызенных частей. Крысы буквально разнесли офис. Утешало - на сколько вообще может утешать чужое горе - только то, что свихнувшиеся грызуны навредили всей округе. Обычный переезд традиционно сравнивают с двумя пожарами, но то, что творилось вокруг бизнес-центра, больше смахивало на бегство от извержения вулкана.
Турникет на входе снова не работал. Молодежь перепрыгивала через него, люди постарше, не стесняясь в выражениях, высказывали вахтеру, что думали, а после спешили в обход, через запасные двери.
Катерина прыгнула, протащила за ограждение системник и окинула тоскливым взглядом толпу возле единственного работающего лифта. Ждать неведомо сколько своей очереди было непозволительной роскошью. "Если после всего, что я для тебя делаю, ты хоть раз зависнешь... разобью к чертовой матери!", - процедила сквозь зубы Катерина, с ненавистью глядя на системник. Системник не ответил ничего, зато парень с двумя мониторами под мышкам, прыгнувший следом за Катериной, захохотал в голос.
Она тяжело вздохнула в ответ, подхватила системный блок и побрела к лестнице.

***

Маленькая девочка сидела в центре комнаты на ковре, вокруг были разбросаны листы бумаги, фломастеры и цветные карандаши: Света увлеченно рисовала. Мама уже несколько раз велела ей встать с пола - "От кондиционера дует! Простудишься!", но у девочки не было проблем с аргументами. Невинное "Мамочка, а можно мне порисовать в коридоре?" и Свету оставили в покое.
Обои в коридоре - подозрительно новые, и это, конечно же, неспроста.
Впрочем, обычные дочкины рисунки - не настенные росписи, а те, что на листах - мама всегда показывала гостям с гордостью: "Какое живое воображение! А ведь мы почти не разрешаем ей смотреть телевизор."
Человек в странном костюме едет верхом на кошке. Улыбчивая кудрявая женщина позирует на фоне пылесоса, который выше ее раза в два. Еще одна - в зеленом платье, грозит пальцем громадной серо-черной птице: похоже, у них серьезный разговор.
Не склонные восхищаться талантами спиногрызов гости неизменно отмечают нарушение пропорций фигур. Но юную художницу не волнует мнение скучных незнакомцев, ведь она прекрасно знает, что невидимые друзья меняют свой рост и даже облик, как захотят.

- Кто сегодня? - Чур с любопытством разглядывал почти законченную работу. Света некоторое время не откликалась, придирчиво выбирая фломастер: да, вот этот! Ярко-красный - лучше всего.
Пара финальных штрихов, и картина готова.
- Это ты и я, - гордо сообщила девочка домовому. - Нравится?
Детский рисунок - всего лишь "точка-точка-запятая", и угадать Свету и Чура на фоне интерьера смог бы только очень сообразительный зритель, но домовой радостно кивнул:
- Красота!
Он рассмотрел рисунок внимательно: Света не позабыла нарисовать солнце за окном и тени в комнате. Вернее - тень в самом темном углу: ничего необычного, вот только красные точки поверх черных каракулей показались домовому неуместными.
Слишком неуместными.
- А это что? - как можно небрежнее спросил Чур девочку, ткнув пальцем в странную тень.

Света глянула на рисунок, в угол комнаты, потом на друга - растерянно:
- Не знаю. Я просто... не знаю.

***

- Это здание - просто какой-то кошмар! - жаловалась Катерина мужу за завтраком. - Его явно проектировали там же, где и Бермудский Треугольник. Номера этажей в лифтах не совпадают с лестничными. Причем не просто циферки на кнопках перепутаны - мы реально промахиваемся на целый этаж. Пришлось вместо номеров запоминать ориентиры: на нашем этаже с лестницы виден автомат с шоколадом, на предыдущем - с кофе, и так далее.
- М-да, не повезет вам, если автоматы переставят, - рассмеялся Алексей.
- Ты просто там не был, - вздохнула Катерина. - А нам в этом бардаке работать. В первый день секретарша отлучилась в туалет на пять минут - и заблудилась в коридоре! Ладно бы - программист сгинул, он, кажется, вообще ходит курить прямиком в астрал, но Танька-то - адекватный человек. Мы ее потом по телефону вызванивали. Слава богу, шеф не поскупился на кондиционер - сидим теперь под ним и нос за дверь не высовываем. Вентиляции в коридорах либо нет вовсе, либо она постоянно не работает, как и турникет на входе.

Последние слова она договорила уже из комнаты, роясь в ящике шкафа. Потом была короткая пауза и невнятный вопль ярости.
Стиснув в руке какую-то белую тряпку, Катерина выскочила из комнаты и устремилась к входной двери.
- Не задерживайся! О пробках помнишь? - крикнул вдогонку муж.
- Если не вернусь через пять минут, уезжай один, а я - на электричке, - отозвалась Катерина, выскакивая из дома.
- Где она?! - с порога выкрикнула Катерина, врываясь в десятый дом.
- Где - кто? - флегматично спросила Майя Денисовна из кухни.
- Террористка эта! Я могу стерпеть ее плоские шуточки, но портить одежду - это уже чересчур. Уверена: Ненила специально постирала мои любимые шорты вместе с цветным вещами.
Майя Денисовна вышла, неторопливо вытирая руки кухонным полотенцем, и забрала у невестки улику. Некогда белоснежные, теперь пресловутые шорты щеголяли живописным набором зеленых и коричневых пятен.
- Похоже на любимую Лешкину футболку, - задумчиво отметила Майя.
- Блестяще! Да, у меня на заднице "шанхайские трущобы". И в чем я пойду на работу?
- А в юбке слабо'? - усмехнулась Майя. - Ладно, можешь взять какие-нибудь мои.
- Знаешь ведь, что не влезу, - покачала головой Катерина. - Пойду в джинсах. Ты слышала, вредительница? - крикнула Катерина в глубину дома. - Если у меня случится тепловой удар, это будет на твоей совести!
- Ой, иди уже, - отмахнулась Майя.

Безобразно начавшийся день с каждым часом становился все хуже. Шеф и часть сотрудников не появились вовсе. Катерине пришлось разрываться между своей и чужой работой, да еще помогать секретарше отвечать на звонки: Таня снова куда-то ушла и пропала.
В конце концов она все же вернулась, села за свой стол и бессмысленно уставилась в пространство.
- Ну, что на этот раз? - устало спросила бухгалтерша Галина.
Таня вздрогнула и посмотрела на нее, словно спросонок.
- А знаете... - растерянно сказала девушка. - Там двери закрылись и не открываются.
- Опять лифт не работает, что ли? - фыркнул программист. - Тоже мне - новость.
- Нет, - покачала головой Таня. - Входные двери. Все. Никто не может ни войти, ни выйти на улицу. Вот странно, да?
Стараясь не думать о худшем, Катерина попыталась открыть окна. Потом попыталась вместе с программистом Сашкой. Потом попытались все вчетвером - также безрезультатно.
Вдруг Сашка злобно выругался и метнулся к своему столу. Катерина обернулась - и увидала гаснущий монитор.
Не разом - как после рывка напряжения - один за другим отключались компьютеры.
Вслед за ними умерли телефоны.

***

Тяжкое испытание под названием "капитальный ремонт" почти подошло к концу. Бесконечно счастливый Хлюп изо всех сил старался приблизить финал, поэтому вызвался отнести в гараж инструменты. На обратном пути он заглянул в дом - позвать Ненилу, чтобы полюбовалась на их с Самом труды.
Он нашел домовушку в кухне: Ненила стояла на стуле, склонившись над столом и что-то сосредоточенно резала на доске.
- Ну, чего тебе? - подняла она голову, и Хлюп увидел, что по лицу домовушки текут слезы, капают на стол, на доску, но Ненила, кажется, совсем их не чувствует, и не пытается утереть.
- Почему ты плачешь? - удивился Хлюп. - Из-за хозяйкиных шортов?
- Я? Плачу?! - возмутилась Ненила. - Глупая твоя голова, разве не видишь, что я режу лук?
Ненила бросила нож и выскочила из кухни. Хлюп посмотрел ей в след, потом перевел взгляд на стол.
- Не знал, что лук вот так выглядит, - пробормотал он и потыкал щупальцем в оранжевые кружочки. - Я-то думал - это морковка...

***

Кондиционер сипло взревел, плюнул в людей осколками грязного льда и отключился. Одновременно снаружи донесся глухой удар. Здание ощутимо вздрогнуло: спасатели предприняли очередную попытку выломать двери. Мгновение после удара в комнате было совсем тихо - раздавалось только хриплое дыхание и тонкий жалобный звук: секретарша Таня хныкала от страха.
- Твою мать! - выкрикнул программист Сашка. - Мы все тут сдохнем, как в газовой камере, прежде чем нас вытащат!
Тишина растаяла вместе с пыльным льдом. Донеслись приглушенные вопли из соседних офисов - очевидно, там тоже лишились последних источников свежего воздуха. Кто-то, матерясь и плача, пробежал по коридору. За стеной раздался треск и грохот: судя по всему, охваченные паникой люди таранили окна мебелью. Таня побледнела, неловко завалилась на край стола и начала оседать на пол. Галина Владимировна с поразительной для ее комплекции скоростью подхватила девушку, прежде чем та ударилась головой об угол.
- Воды, быстро! - скомандовала она.
- Воду надо экономить, а то... - склочно начал Сашка, нарвался на суровый взгляд бухгалтерши и замолк.
- Воды в кулере еще достаточно, - подчеркнуто бодрым тоном сообщила Катерина передавая бухгалтерше пластмассовый стаканчик. - А кроме того, краны и бачки в туалетах еще никто не отменял. Схожу-ка я на разведку.
- Я с тобой! - тут же сорвался с места Сашка.
- Боишься, что выпью из бачка последнее? - презрительно бросила Катерина. Отстраненно, словно дурной сон, она наблюдала тот положительный момент, который внезапно нашелся в окружающем их кошмаре: люди показывали свою истинную сущность. Программист, обычно невероятно самоуверенный, ее почти не удивил. Строгая и язвительная бухгалтерша, которая вдруг повела себя, словно медсестра на поле боя, оказалась куда большим сюрпризом.
- Я помочь хотел, типа - секьюрити, и все такое! Мало ли, какие психи бродят по зданию, - оскорбился Сашка.
- Секьюрити - эт'хорошо, - отозвалась Галина, легко, как пушинку, подхватила Таню и уложила на свой стол, подсунув под голову скоросшиватель с отчетами. - Возьми в кухонном шкафчике ножик, приоткрой дверь и секьюрь на здоровье: какая-никакая вентиляция нам позарез нужна, а незваные гости - нет. А ты, - обернулась она к Катерине, - не геройствуй и вообще не задерживайся.
- Есть, сэр! Тьфу, мэм, - не удержалась Катерина. Она взяла в кухонном шкафу бутылку из-под минералки, незаметно для коллег сунула в карман горстку соли и чью-то зажигалку, прихватила со стола секретарши металлическую линейку - нож Сашка отдать наотрез отказался - и выскользнула в коридор. Идея Елены не отличалась особой оригинальностью: прежде чем Катерина дошла до конца коридора, она увидала еще две открытые двери и людей с тяжелыми предметами возле них. Из-за одной двери ей посетовали на сдохший кондиционер, из-за другой - велели сгинуть, и побыстрее.

Выход к главному лифту перегораживал в хлам разбитый торговый автомат.
- Опа! - отметила девушка. - Привет мародерам. И ладно бы - "Спрайт" с "Кока-колой", но на кой, спрашивается, им в этом кошмаре понадобились шоколадки и мелочь?..
Ей вспомнились слова Сама: "Ни один нормальный домовой не поселится в общественном здании. В нем нет ни души, ни настоящего хозяина. Чем пытаться уследить в таком доме за порядком, лучше уж сразу..." Что именно "сразу", Катерина так и не узнала, зато она очень хорошо помнила, что сказал домовой о своей жизни в облике монстра: "Я в разных местах пугал, и на складах, и в магазинах."
Бизнес-центр вполне мог бы продолжить список. Об этом она размышляла с тех пор, как закрылись двери и замолкли телефоны. Именно это и надеялась выяснить - поход за водой был всего лишь предлогом. К тому же, со стороны туалетов тянуло мочой - похоже, вода там закончилась давным-давно.
Оставалась ма-а-ахонькая деталь: решить, откуда начинать поиски подлой нечисти. Соль и холодное железо придали немного уверенности, но больше, увы, ничем помочь не могли.
Она прокралась мимо вспомогательных лифтов и выглянула на лестницу: площадка была пуста. Вниз или наверх? Снизу доносятся взволнованные голоса - там полно людей. Большинство уже наверняка столпилось в холле первого этажа, умоляюще глядя сквозь двери на спасателей и с каждой минутой паникуя все больше.
Зато на верхних этажах, где с утра вовсю шумели болгарки и перфораторы, теперь тишина: рабочие сбежали, а готовых офисов там пока нету вовсе.

Помедлив, Катерина стала подниматься на следующий этаж. Два пролета лестницы дались невыносимо трудно, и вовсе не из-за одуряющей духоты: ноги просто отказывались двигаться, приходилось гнать себя вперед мысленными пинками. Каждый новый шаг мог приблизить к причине творящегося вокруг безумия. Или - увести черт знает куда, но лучше уж это, чем полная неизвестность.

Двери ближайшего к лестнице лифта оказались приоткрыты.
- Помогите... - голос был очень тих, едва слышен. - Помогите, пожалуйста. Сердце... Сердце прихватило...
"Идиотизм!" - возмущенно рявкнула логика. - "И даже хуже - сцена из дрянного фильма категории Бэ. Давай, ломанись туда - станешь первым в мире бизнес-привидением."
Катерина перехватила бутылку поудобнее, прицелилась и метнула ее внутрь кабины лифта. Потом подобралась ближе, поплевала на соль, слепив подобие снежка, и бросила вслед за бутылкой.
- Что вы делаете? - голос упал до хриплого шепота. Из-за двери, на уровне пола, показалась рука - вполне обычная старческая рука с выпуклыми синеватыми венами. Рукав рубашки, некогда белой, теперь был основательно выпачкан в пыли. Ногти заскребли по камню - похоже, человек попытался подняться. Из лифта донесся стон:
- Помогите же, ради Бога...
"Кошмар!" - ужаснулась Катерина. - "Засветила больному старику бутылкой! Совсем сбрендила со своими сказками!"
- Не волнуйтесь, я вам помогу! У нас в офисе есть корвалол и...

Одним мощным рывком ее сгребли за шиворот и втащили в кабину. Двери лифта захлопнулись. Внутри была полная темнота. Катерина взвыла и замахала перед собой линейкой, но та лишь свистела в воздухе, не встречая препятствий.
А потом к свисту прибавился новый звук. В первое мгновение Катерина приняла его за рингтон мобильника, испытав невыразимое облегчение: неужели одним кошмаром стало меньше? В следующий миг она усомнилась: что же это за странный рингтон? Как будто маленький ребенок стучит по клавишам одним пальцем, так толком и не решив, что исполняет - "Чижика-Пыжика" или "Собачий вальс". Дурацкая мелодия становилась все громче: по клавишам уже не стучали, скорее уж - лупили кулаками.
Писклявое бренчание третьей октавы скатилось до злобно ревущих басов и вдруг оборвалось, словно инструмент внезапно закрыли.

Она вжалась спиной в двери лифта, выставив перед собой линейку. Наверное, зажигалка пригодилась бы тоже, вот только достать ее просто не было сил. Прежде чем в лифте снова зазвучал голос, более не похожий на старческий хрип, Катерина уже поняла, с кем имеет дело.

- Привет, бывшая хозяйка! - издевательски засмеялась тьма.

***

Майя Денисовна достала коробку с мулине, прихватила испорченные Ненилой шорты невестки и комфортно устроилась в кресле-качалке под кондиционером в гостиной. Некоторое время она неспешно размышляла, что бы такое вышить, и в конце концов выбрала поэтичную фразу на квенья. Может, место для строк из "Намариэ" оказалось и не самое подходящее, зато смотреться вышивка должна была - круче некуда. А уж если добавить бисера...
Но от любимого занятия ее почти сразу безжалостно оторвали: в комнату вбежал Сам. Вслед за ним появилась Ненила, с порога выпалив:
- Включи телек!
Не дожидаясь ответа Майи, домовой схватил пульт и включил телевизор сам. Злобно ворча, принялся тыкать в кнопки, пока не нашел местные новости.
- ...здание нового бизнес-центра в буквальном смысле слова оказалось отрезанным от внешнего мира, но как, и почему - до сих пор неизвестно.
Юная журналистка сделала паузу, драматичным жестом указав в сторону ничем не примечательного дома. Вернее - не примечательного в любое другое время, а сейчас он был окружен машинами: скорой, полиции, пожарных и даже МЧС. Людей возле дома тоже хватало, особенно - зевак, многие вовсю фотографировали происходящее.
- Окна и двери пока открыть не удалось. Телефонная и иная связь с людьми, запертыми в здании, отсутствует, - бодро продолжала журналистка.
- Это же... - начала Майя.
- Я пытался ей дозвониться! Интернет тоже пробовал, - выдохнул Сам. - Бесполезно. Совсем. Ни-че-го! Это не обычные человеческие заморочки, уж поверь мне.
- Верю, - отрывисто кивнула Майя Денисовна. - Давайте-ка быстро решать, что будем делать. Лешке ты уже позвонил?
Домовой покачал головой:
- Ему, с его скептицизмом - просто сообщить такое по телефону? Нет, я отправил более убедительное послание - чтобы уж наверняка.
- Молодчина! Теперь остается выбрать, кто из вас отправится со мной, - крикнула Майя уже из холла, зашнуровывая кроссовки. - Эй! - добавила она, заглянув в комнату. - Договаривайтесь быстрее! Что такое?
Домовые молчали, понурившись. Наконец Ненила подняла голову и поcмотрела хозяйке в глаза:
- Любой из нас может отправиться с тобой, но пользы от домового вне дома - как от дверной ручки без двери. Вся наша сила - в родных стенах. Тебе ли не знать, что пословица "Дома стены помогают" - не пустой звук. Это о нас.
Майя опустилась на стул.
- И что мне теперь делать? Ясен мэллорн, что в одиночку людям с этой чертовщиной не справиться.
- Позвольте, а я?! - маленький унитазный монстр с маленьким ведерком в охапке являл собой воплощение обиды вселенского масштаба. - Как раковина засорилась, так - "Хлюп, где ты?", а как хозяйку спасать...
В конечностях унитазника вдруг возник здоровенный гаечный ключ. Миг - и кусок металла сложился пополам.
- Вот, видали, как я могу! - гордо помахал Хлюп изувеченным инструментом.
- Испортил хорошую вещь, - пробормотал домовой.
- Тоже мне - трагедия! - ключ вернулся в первоначальное состояние. - Ну так что? - унитазник с надеждой переводил глаза с Майи на домовых и обратно.
- Что-что! - передразнила Майя. - Запрыгивай в ведро и погнали! Надо еще найти транспорт.

Входная дверь давно уже захлопнулась, а домовые так и не сдвинулись с места.
- Не думал однажды пожалеть, что я больше не бездомная тварь, - горько прошептал Сам. Ненила покачала головой и бережно взяла его руку в свои.
- Не забывай, что делает нас нами. Бездомной твари жалеть не о чем вовсе. И заботиться не о ком.

***

Катерина почему-то ожидала, что лифт начнет двигаться, скорее всего - рухнет вниз, но стены и двери просто исчезли. Остался лишь пол под ногами, а над головой появился слабый источник света. Непроглядная тьма заполнила собой все вокруг светлого пятна, посреди которого застыла девушка с линейкой в руке.
"Смахивает на сцену из спектакля," - удивленно подумала Катерина. - "Или на не слишком удачное постановочное фото. Все-таки пианино, как место рождения, очень сильно повлияло на тварь... Боже, что я несу!"
- Отпусти людей. Пожалуйста, - тихо сказала она. - Это ведь только я виновата в том, что ты - такой... такое... Вот.
Хохот, издаваемый с помощью скрежета басовых струн друг о друга - не тот звук, который захочется услышать дважды. К счастью, смеялось Чудовище-из-пианино недолго.
- Ты себе льстишь. Один человечек для нас ничего не значит. Скоро мы разделаемся со всеми вами.
- Мы, - машинально повторила Катерина единственное по-настоящему удивившее ее слово. - Кажется, раньше ты не говорило о себе во множественном числе.

Басы взревели снова - так, что Катерина выронила линейку и упала на колени, зажимая уши руками. Она скорчилась на полу, а злобный рев, уже ничего не имеющий со звуками фортепьяно, все продолжался и продолжался.

***

Курсор намертво залип посреди монитора. Зависший компьютер издевательски подмигнул красным огоньком, но Алексей только пожал плечами. С самого утра из рук валилось буквально все, и не только у него. Работа почти не продвигалась уже который день, измотанные жарой люди огрызались друг на друга, а теперь еще и...
- Эй, чел, очнись! Ты тоже это слышал? - оторвали Алексея от невеселых мыслей.
- Нет. Что я пропустил?
И тут он услышал - дробный, нетерпеливый стук в окно. Ничем, в общем-то, не примечательный звук, вот только окно - на одиннадцатом этаже. Кто или что стучало, мешали разглядеть закрытые жалюзи.
- Это не мойщики. Готов поспорить, это типы сверху, которым я с утра не придержал лифт, - ухмыльнулся коллега. - Интересно, швабру высунули, или еще что? Вот делать-то людям нечего!
Стук раздался снова, а вслед за ним - странный голос проскрежетал возле самого стекла:
- Откар-рррой, заррраза!
- Ого! - восхищенно отметил коллега. - Теперь они еще и плейер вывесили!
Алексей, у которого было собственное мнение насчет необычных звуков, тяжело вздохнул и встал:
- Чем гадать, проще пойти и взглянуть.
- Откар-ррррой, бррревно! Тебе псм... псл... телегрррамма, заррраза!
Еще двое любопытствующих поспешили к окну. Алексей отодвинул жалюзи. На карнизе за окном сидела взъерошенная ворона. Птица уставилась на человека блестящим глазом и презрительно обронила:
- Торррмоз!
Ворона невозмутимо дождалась, когда окно откроют, перепрыгнула через подоконник, облетела комнату, метко нагадив в чью-то корзину для бумаг, и уже на обратом пути сбросила к ногам Алексея скомканный листочек.
- Ух ты! Она ручная? Как ее сюда занесло? Леш, это твоя? Леш? Ты куда?
Пока коллеги обсуждали незваного гостя, глядя вороне вслед, Алексей прочел записку, открыл на ближайшем компьютере новости, скользнул глазами по строчкам и бросился к двери.
- Скажите Борисову... а, придумайте что-нибудь! - донеслось уже из коридора.
- А что случилось-то? Эй, с тебя причитается! - крикнул вслед коллега. - Сдашь на прокат птичку - тещу попугать!

***

Из окон седьмого коттеджа тянуло сгоревшим молоком, вываренными до предела овощами и прочими невинно-убиенными продуктами. Майе пришлось трижды позвонить и еще постучать, прежде чем из глубины дома донесcя голос Риты:
- Бегу-бегу! Уже! Сейчас!
Ароматы, вырвавшиеся из-за распахнутой двери, обладали неплохими задатками химического оружия. Майя Денисовна невольно сделала шаг назад.
- А, это... - смущенно улыбнулась соседка. - Марфа учит меня готовить. Было несколько фальстартов...
- Мне нужна твоя машина, - безо всякого приветствия сказала Майя. - И как можно быстрее. Ждать такси я просто не могу.
- А мотоцикл и одежда не нужны? - рассмеялась Рита, умолкла, вглядываясь в пасмурное лицо Майи и добавила уже без улыбки: - Что-то случилось? Что-то, связвнное с... - Рита понизила голос. - С ними?
Майя кивнула:
- И с Катей - тоже.
- О, господи... Но мне нельзя... вы понимаете - вот так просто отдать. Славик только что ее купил. Он сказал: твоя тачка - ты и разбивай. Как-то так, - Рита неловко усмехнулась. - Давайте, я вас отвезу, ага? Вот только надо что-то сделать с бардаком в кухне.
- Ступай! - сказала незаметно возникшая рядом Марфа. - Я приберу и обед сготовлю. Будь умницей. Вы обе будьте, - тихо добавила она, глядя вслед людям.

Майя Денисовна начисто сжевала сигарету, пока Рита выводила из гаража свой красный "Матиз". Юная автомобилистка была очень взволнована, до Майи то и дело долетали возгласы: "Поправить зеркало!", "Снять с ручника?..", "Поправить зеркало!", "Ох, нет - это не то...", "Да, пристегнуться", "Боже, я не забыла поправить зеркало?"
- На прошлой неделе закончила автошколу, - гордо сообщила Рита, выбравшись наконец на дорогу. - Садитесь! Да, ведро... - заметила она наконец. - Его лучше в багажник, я думаю.
- Нет! - отрезала Майя. - Только в салон. И так, чтобы его не укачивало, он этого не любит.
- Он?.. - растерянно переспросила Рита. - Ну, ладно, можете поставит на детское сиденье, если ведро чистое.
- Конечно, чистое! - слегка обиженно отозвался из ведра Хлюп. - Поздравляю с прибавлением в семействе, - вежливо добавил он.
- Нет-нет, это мы на будущее... - машинально пояснила Рита, и замерла с приоткрытым ртом, глядя на ведро. - Никак не привыкну, - прошептала она, опомнившись.
Полупрозрачное щупальце аккуратно приподняло крышку, точь-в-точь, как истинный джентльмен - шляпу.
- Добрый день, - слегка запоздало приветствовал Риту унитазный монстр.
- Вау! - восхитилась она. - Кажется, нас ждут приключения!
- Ой, лучше бы не надо... - тяжело вздохнули в ведре.

Машина сорвалась с места - от волнения девушка забыла и о правилах, и о том, что до сих пор не знает, куда должна ехать. Майя Денисовна продиктовала адрес GPS-навигатору, благоразумно предпочитая лишний раз не беспокоить водителя.
Некоторое время они ехали молча.
- Знаете, что я думаю? - нарушила наконец Рита молчание. - Наверное, наш поселок стоит на древнем индейском кладбище!
Майя, которая как раз прикуривала очередную сигарету, судорожно закашлялась.
- Ох, вы правы! - покачала головой Рита. - Какая я глупая! Древнее кладбище вряд ли бы сохранилось - здесь ведь была война.
Майя Денисовна глянула в сторону девушки, отметила, как побелели костяшки пальцев, стиснувших руль, и мягко поинтересовалась:
- Может, все-таки лучше я поведу? У меня есть права.
- Я в порядке! - видимо, в подтверждение слов Рита лихо затормозила перед самой "зеброй". - А можно вас кое о чем спросить?
- Попробуй, - пожала плечами Майя, оглядываясь на жалобно пискнувшее ведро.
Рита наконец оторвала остекленевший взгляд от дороги и обернулась к соседке.
- Вы - ведьма? - выдохнула девушка. - Вы ведь рыжая, и вообще...
- Ведьма. Но только на время экзаменов, - невозмутимо ответила Майя, помолчала немного, дожидаясь, когда машина снова двинется с места, а после добавила, понизив голос:
- И вот еще что...
- Ага? - Рита нервно скосила глаза на пассажирку.
- Завязывай со второсортной фэнтезятиной, пока не поздно!

***

- Как же прекрасно, когда наконец наступает тишина! - подумала Катерина, открывая глаза. Некоторое время она разглядывала относительно белый потолок с желтоватым пятном в углу и тоненькой сеточкой трещин вокруг матового светильника. Наконец пришла к выводу, что потолок - не ее, и перевела взгляд на стену. Стена тоже не имела никакого отношения к ее дому. Таким отвратительным цветом - то ли болезненно-бежевым, то ли обморочно-салатовым - она бы свой дом не изуродовала. Сколько Катерина видала интерьеров, подобный унылый цвет ей попадался только в одном месте. Наконец она оторвалась от созерцания стены и обратила внимание, что тишины больше нет: в комнате, или - если уж признать неизбежное - больничной палате раздавался приглушенный плач.
Катерина обернулась, окинув палату взглядом: она оказалась одноместная и почти уютная, разве что основательно зарешеченное окно слегка настораживало. У окна стояли двое людей, солнце сияло за их спинами, а лица оставались в тени. Единственное, что Катерина могла сказать почти что с уверенностью: мужчина - судя по одежде - был врачом, а женщина...
- Мама? - удивленно спросила Катерина. - Не надо, не плачь, пожалуйста. Я в порядке, правда.
Женщина судорожно всхлипнула, прижимая носовой платок к губам, и шагнула было вперед, но врач удержал ее.
- Давайте-ка, я сначала кое-что у вас спрошу, - дружелюбно обратился он к Катерине. - Назовите последнее, что вы помните. Быстро и не задумываясь.
- Линейку. Танькину. Я ее уронила. Линейку в смысле, не Таньку. - бодро отчиталась Катерина. - Это наша секретарша, - на всякий случай пояснила она.
- Так-так, хорошо, - одобрительно кивнул доктор, записывая что-то в блокнот.
- А еще я помню Тварь, - добавила Катерина. - Мерзкую черную Тварь-из-пианино, которая сначала напала на моего домового, а потом на меня - в лифте.

Женщина заплакала еще горше. Врач подхватил ее под локоть и отвел к самому окну, так что оба человека стали силуэтами в ореоле солнечных лучей. До Катерины доносились обрывки фраз: доктор понизил голос, но как-то не слишком успешно - проще было бы выйти для разговора из палаты.
- Последствия шока... нестабильное состояние... длительное лечение... - да уж, это не те слова, которые хочется слышать человеку ясным солнечным днем, особенно если этот человек уверен, что здоров. Ну, или почти здоров - правая рука побаливала, но не слишком. К тому же, доктор Катерине не понравился: с какой стати он не позволял ее матери подойти ближе? Вряд ли палата - в лепрозории, скорее уж похоже на психушку.
- Мам, а муж сегодня зайдет меня навестить? - повысила голос Катерина. - Позвони ему, пожалуйста, прямо сейчас. Или дай мобильник мне, если это здесь не запрещается.
Женщина зарыдала в голос, изредка выдавливая сквозь всхлипы безрадостные фразы - точь-в-точь, как только что доктор:
- Бедный мальчик... авария... такое горе... не может смириться...
Катерина свесила с кровати ноги, машинально отметив, что тапки и пижама - ее собственные, а не абы какие, вот только и то, и другое она уже несколько лет, как выбросила. Она встала, поморщилась от внезапного звона в ушах, и, не долго думая, уселась прямо на пол. Рука продолжала ныть, но это не беспокоило, даже наоборот - утешало: откуда-то Катерина знала, что боль для нее важна.
- Вы должны понять, - обратился к ней доктор. - Домовые и прочие подобные... гм-м... видения - всего лишь ваша защитная реакция. Попытка отгородиться от реальности, вызванная тяжелой утратой...
Это было уже слишком. Слишком прямолинейно для такого жестокого откровения, и оттого абсолютно неубедительно.
- Док, а почему у меня рука болит? - перебила врача Катерина. - Я с санитарами подралась, или, может быть, резала вены из-за тяжелой утраты?
Она рывком задрала рукав, ожидая увидеть синяк или шрам, и действительно увидала - живописный радужный отпечаток челюстей, вполне антропоморфных, но раза так в три больше человеческих.
- Развлекаешься? - Катерина вскинула голову и насмешливо посмотрела на людей. - Вот что я тебе скажу, тварь! Это, - помахала она больной рукой. - Меня укусил мой собственный, мой родной домовой. И никакая сволочь не убедит меня, что его не существует! Как и моего мужа. Ясно тебе, выродок струнно-клавишный?

Унылые стены сделались еще более блеклыми, а после и вовсе растаяли - вместе с фигурами, у которых так и не оказалось отчетливо узнаваемых лиц, но, по крайней мере, и пуговичных глаз - тоже. Прежде чем вокруг сгустилась тьма, Катерина успела заметить, что пижаму сменили привычные джинсы и блузка.

А потом голос, низкий, раскатистый, совсем не похожий на лепет безлицых фигур, строго спросил Катерину:
- Что же ты, дурная девка, натворила, коли домовой на тебя так прогневался?

***

Не дожидаясь окончания шоу под названием "Я-сейчас-припаркуюсь-по-правилам-все-будет-хорошо-ой-мама!", Майя Денисовна выскочила из машины, дозваниваясь сыну. Отыскать его она смогла далеко не сразу: оцеплен теперь был не только пресловутый бизнес-центр, полиция перекрыла все ближайшие переулки, так что Алексею пришлось бросить машину почти в двух кварталах от места встречи. Рита остановилась и того дальше. Падких на чужое горе зевак-фотографов уже давно разогнали, но людям, искренне желающим узнать судьбу своих близких, повезло не намного больше. Ни слезы, ни попытки показать документы никому еще не помогли приблизиться к зданию, людям раз за разом повторяли одно и то же: "Это бесполезно!" Полицейские не лгали: невозможно было сказать наверняка, кто находится в здании, сколько их - сломанный турникет сыграл с системой сквернейшую шутку.
Майя Денисовна окинула взглядом группу бледных взволнованных людей - друзей и родственников тех, кто оказался в ловушке. В группе составляли собственные списки. Пользы в борьбе с распоясавшейся нечистью от этого было не больше, чем от пожарных и МЧС, которые как раз предприняли еще одну попытку проникнуть в здание. Алексей дернул Майю за руку и молча кивнул вверх: над бизнес-центром завис вертолет. Начал медленно опускаться на крышу, в нескольких метрах от нее вдруг закачался из стороны в сторону, едва смог выровняться, взлетел выше и направился прочь.
- А, вот вы где! - возмущенно выпалила Рита. - Мавр сделал свое дело... дальше забыла. В общем, может валить, так что ли?
Майя невольно поморщилась:
- Неправда. Ты молодец - очень нам помогла, но то, что здесь происходит - не веселенькое приключение. Ты вовсе не обязана...
- Надоело! - выкрикнула вдруг девушка. Люди начали оборачиваться в ее сторону. Алексей нахмурился, прижав палец к губам, но Рита его проигнорировала.
- Надоело, что меня никто не воспринимает всерьез! - гневно повторила она. - А я ведь даже не натуральная блондинка! Вот вы - у вас уже есть какой-то план, а?
- Есть. Частично, - вздохнул Алексей. - Видишь пакет? В нем тот, кто сидел в ведре, он может просочиться в здание. По крайней мере, мы на это надеемся. Сначала думали отправить его через канализацию, но это ненадежно и опасно - черт знает, что в ней сейчас творится. Еще проблема: если поверху, то Хлюпа нельзя выпустить далеко. Во-первых - слишком жарко, он может пострадать от солнца. Во-вторых - не исключено, что кто-то его увидит. Нужно подобраться как можно ближе к двери или окну.
- Поняла, - тряхнула головой Рита. - Надо прорваться через тех дуболомов, ага? - она ткнула пальцем в шеренгу ОМОНовцев. - Есть идеи?
- Какие тут идеи, - невесело усмехнулся Алексей. - Подбегу, да врежу первому попавшемуся - типа отвлекающий маневр. Ма за это время должна успеть зашвырнуть Хлюпа за оцепление.
- Ну да... - протянула Рита. - А потом Катерина будет носить кашки в больничку. Или цветочки на могилку. Прости, конечно, но это - полная фигня. Как и идея с метанием - я очень уважаю ведьм, но - докинуть отсюда туда? Фигня два раза.
- А чего ты ожидала? Десанта на метлах? - горько усмехнулась Майя, и Рита вдруг осознала, что никакая перед ней не ведьма - просто усталая немолодая женщина, у которой от растерянности дрожат руки. Несколько мгновений Майя вытряхивала из пачки сигарету, потом поняла, что они кончились, смяла пачку и затолкала в карман шортов, чуть не оторвав его.
- То, что мы можем общаться со сверхъестественными существами, не дает никаких особых привилегий, - мрачно добавила она. - И, кстати, в девяти случаях из десяти Соседи нас игнорируют. Что, в общем-то, логично - ведь когда-то мы наплевали на них первыми.
- Но должен же быть какой-то клуб любителей домовых? - с надеждой спросила Рита. - Нет? Социальная сеть? Может, НИИ... чего-нибудь?
Майя с сыном переглянулись.
- Есть носовой платок? Я забыла влажные салфетки в машине, - вдруг обратилась девушка к Майе.
Пожав плечами, та достала платок. Рита поплевала в него, отыскала в сумочке пудреницу и принялась размазывать тушь и тени по лицу, сердито бормоча "Какой хороший "Диор", не оттирается совсем!" Наконец, изобразив результат многочасовых рыданий, Рита спрятала пудреницу обратно. Подтянула мини-юбку, одернула топик, оглядела себя, пробормотала "Ах, да - последний штрих!", сняла обручальное кольцо и тоже убрала в сумочку.
- Никто ни с кем драться не будет! - строго воздев палец, сообщила Рита. - Ты! - велела она Алексею. - Хватаешь свою маму, перекидываешь ее через оцепление. Вы, - кивнула Рита Майе. - Бежите и бросаете. Но сначала - мой выход.

***

Из темноты со всех сторон приближались белые фигуры. "Нет, не белые," - поняла Катерина, вглядевшись. - "Седые. Белоснежно-седые." Они были невысоки ростом, почти все - вровень с девушкой, сидящей на полу. Их тела укрывала то ли длинная шерсть, то ли невероятно лохматые волосы. Из-под густых, сросшихся с волосами бровей на Катерину глядели удивительно яркие для стариков глаза - сурово, недружелюбно.
Ничего общего не было у этих фигур с милыми мультяшками и картинками в детских книжках.
"Такими их видели наши предки. Сотни, тысячи лет назад. Так, наверное, домовые и должны в самом деле выглядеть, а то, что мы каждый день видим в поселке, - просто мимикрия," - подумала Катерина, и опрометчиво обернулась, чтобы взглянуть на тех, кто подошел сбоку.
И немедленно об этом пожалела.
Она судорожно всхлипнула и прикусила язык: хотелось то ли закричать, то ли просто уткнутся лицом в колени, уговаривая себя "Проснись!".
- Что ты наделал, Лешка! - билась в голове мысль. - Зачем сказал про боковое зрение...

Над ней возвышались домовые в своем истинном облике - косматые верзилы с горящими глазами. Но по-настоящему испугало не это - существа изменялись, то отращивая лишние руки, то вдруг оставаясь без глаз или без головы вовсе, как будто не могли выбрать, какой вид лучше принять.
- Отвечай, дурная девка! - прогремела белесая фигура, склонившись над Катериной.
Прошло несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем Катерина смогла заставить себя разжать челюсти.
- Простите, - выдавила она. - Я не помню, что вы меня спросили.
- За что Хозяин прогневался?! Отвечай!
- А... вы понимаете... он не гневался. У нашего домового просто был нервный срыв, а я подвернулась под руку. То есть - под зубы. Но мы помогли ему справиться с фобией, и теперь все хорошо.
- Что ты лопочешь, дура? - рявкнул домовой. - Отвечай толком!
- Ась? Громче говори! - сварливо прикрикнул другой.

"Старики," - вдруг дошло до Катерины. - "Не просто древние сверхъестественные существа - самые натуральные старики. Многих подводит память - настолько, что не узнают собственные руки и головы. Дремучие старцы в современном мире, не желающие сталкиваться с непонятными словами и вещами - обычное дело для пожилых людей. Но людям все-таки проще. Для человеческих стариков производят мобильники с большими кнопками и простыми до идиотизма меню. Крутят по телеку черно-белые фильмы. Устраивают встречи "Для тех, кому за..." Но как быть домовым?" - не удержавшись, Катерина истерически хихикнула. - "Вечеринка "Для тех, кто помнит Куликовскую битву". М-да, а мне-то что прикажете со всем этим делать? Может, поздороваться для начала?.."
Отвесить глубокий уважительный поклон, когда и так уже стоишь на коленях, оказалось непросто. Очень непросто. Катерина не рассчитала и с размаху стукнулась лбом об пол. Оглядеться она не посмела, но домовым, кажется, это вступление понравилось.
- Я вела себя недостойно, и Соседушко меня наказал, - громко, отчетливо сказала Катерина, не поднимая глаз.
- Все вы такие, - проворчал один из домовых у нее за спиной и больно дернул девушку за волосы. - Разучились нас уважать!
- Забыли нас!
- Бросили!
- Забыли...
- Бросили...
- Наказать вас за это!
- Наказать!.. наказать...

- Неправда! Хозяйка хорошая! И если бы Сам был здесь, он бы меня поддержал! - раздался рядом с Катериной голос унитазного монстра.

***

Войди случайный гость в десятый коттедж - не обнаружил бы ничего необычного, кроме, разве что, телевизора, который забывчивые хозяева оставили работать в пустой комнате.
Окажись там прохожий, способный видеть Соседей, - нарвался бы на целую компанию домовых, которые смотрели по телевизору новости.
А попробовал бы этот пресловутый прохожий глянуть на домовых искоса - бежал бы прочь, и, возможно, звал мамочку.
Сказать, что домовые были расстроены - не сказать ничего. Но еще больше - рассержены. Не на людей - на собственную беспомощность.
- Старый знакомый, а? - Чур мрачно кивнул на детский рисунок в руках Сама.
- Да уж... - побормотал Сам, не замечая, что комкает и рвет ни в чем не повинную картинку. - Доводилось встречаться с этой... тварью.
- Тсс! Тише! - одернула них Ненила. - Прибавьте звук!
...ый час попыток проникнуть в здание бизнес-центра, абсолютно необъяснимым образом отрезанного от внешнего мира. Родные и близкие, собравшиеся у здания, взволнованы, теряют терпение и ведут себя неадекватно. Только что рыдающая девушка бросилась на шею сотруднику ОМОНа, умоляя спаси ее маму. Тем временем другая женщина прорвалась через оцепление и с криком "Банзай!" метнула в окно второго этажа полиэтиленовый пакет. В пакете, по всей видимости, находилось мыло - некоторое время на стекле была видна радужная пленка. Ответ на требование полиции - объяснить свои действия - оказался под стать эскападе. "Там моя невестка!" - заявила женщина, после чего без возражений позволила себя увести.
- Что такое "банзай"? - недоуменно спросила Марфа.
- Какая разница? - отмахнулась Ненила. - Главное - им удалось!
- Еще нет, - подал голос домовой в бархатном кафтане, до того молча сидевший в уголке. - Люди-то пока не вышли.
- Не каркай! - прикрикнул на него Сам. - Хлюпу случается оправдывать свое имя, но я в него верю!

***

Домовые столпились вокруг Катерины и ее монстра тесным кругом. Она машинально сгребла Хлюпа в охапку, прижала к себе, и, как ни странно, почувствовала себя чуточку смелее.
- Ты кто таков?! - гаркнул домовой, один вид бороды которого заставил бы сказочного Черномора удавиться на собственной от зависти. Катерина невольно задумалась, как такое древнее существо может содержать волосы в идеальном порядке без "Пантина" и прочих современных средств. Магия, не иначе.
- Я? - унитазник задумчиво почесал голову щупальцем. - Я - этот, как его... Банник, вот! - гордо заявил Хлюп, припомнив давний разговор с Самом о разделении обязанностей в доме.
- Ты? - презрительно выплюнул бородач. - Ты веник-то хоть раз видал?
- Он вяжет прекрасные веники! - встряла Катерина, прежде чем Хлюп успел открыть рот и все испортить. - Я, можно сказать, не успеваю сажать березы, так быстро он с ними разделывается.
- Да! - подтвердил унитазник, замолк и удивленно покосился на хозяйку:
- А что, ты опять посадила березу? - растерянно уточнил он. - Прости, я ее не заметил.
- Даже если это не ложь, его слово против нашего ничего не стоит! - обвиняюще прогремел домовой. Вы, люди, - ткнул он пальцем в Катерину, так что она невольно отшатнулась. - строите дурные дома. Но даже в хороших домах нам нет места - вы не помните Правила!
Последнее слово бородатый домовой ухитрился произнести с большой буквы.

"Вот оно. Дождалась. Знала, что эти проклятущие правила, о которых постоянно талдычит Сам, однажды вылезут боком, но чтобы в ТАКОМ масштабе..."

Катерина медленно посчитала до пяти, стараясь выровнять дыхание: не хватало еще, чтобы пропал голос или началась икота от страха - сейчас, когда ей фактически предстоит выступить собственным адвокатом. Труднее всего оказалось подняться на ноги - и не только потому что они затекли. Но иначе было просто невозможно, ведь, как известно, сидящий трагик - не трагик, а комик.
- Послушайте! - вскинула она руки в примирительном жесте. - Я знаю о правилах. Знаю, как важно их соблюдать. Особенно - про ножи, которые надо убирать на ночь: однажды не убрала - жалею до сих пор. Очень. Честное слово. Но давайте рассуждать логически... Нет, не так. Жизнь современного социума... Тьфу ты, да что ж такое! Ну не режут больше люди черных петухов в полнолуние, понимаете? - отчаявшись, выкрикнула Катерина. - И башмак с четырнадцатого этажа никто ночью по лестнице не потащит - на эти лестницы лучше вообще ночами не соваться: там собак выгуливают! Правила - это хорошо, но, если они не дают вам нормально жить, это уже не правила - это проклятье!

Катерина замолчала. Во рту пересохло, сердце колотилось так, словно она только что пробежала стометровку на время. Домовые тоже молчали, сурово нахмурившись - или, по крайней мере, нахмурившись еще больше, чем обычно.
- Могу поспорить, - устало добавила Катерина, уже ни на что не надеясь, и не стараясь говорить понятно, - Прямо сейчас какая-нибудь домохозяйка пытается вырвать из патрона цоколь взорвавшейся лампочки маникюрными ножницами, потому что дозвониться до ЖЭКа нереально. Она была бы очень рада вашей помощи. Может, считать подобный случай приглашением?
Снова наступила тишина.
- Ну да, - нарушил наконец молчание один из домовых слева от Катерины. - Эдакую дурищу-то, небось, днем с огнем не сыскать.
Она обернулась к говорившему, отчаянно стараясь смотреть только прямым зрением. Домовой оказался не таким седым, как прочие вокруг - в его космах сохранилось несколько соломенных прядей. Наверное, по сравнению с остальными его даже можно было считать рыжим.
Катерина нашла в себе силы улыбнуться Рыжему:
- Можете смеяться, но одна такая дура прямо перед вами. Что же делать, если дома не оказалось плоскогубцев? Я еще и расческой пробовала...
Среди домовых действительно раздались смешки.
- А ты, часом, не вдовая ли? - придвинулся вплотную к ней Рыжий.
- Нет, спасибо! - выпалила Катерина, оторопев от прямолинейности Рыжего, и только потом поняла, что сказала. Нужно было срочно спасать ситуацию.
- Вот, видите, - она потыкала пальцем в кольцо. - Есть муж. Но, - Катерина прижала руки к сердцу, стараясь выглядеть как можно убедительнее. - Я уверена, что о таком замечательном домовом, как вы, мечтает любая домохозяйка. И не только вдова, - добавила она на всякий случай.
- А то ж! - приосанился Рыжий.
- Муж-то за косу таскает? - раздалось у Катерины за спиной. Девушку снова дернули за волосы. Она невольно порадовалась, что с утра решила не заморачиваться с прической, а после задумалась, как ответить, чтобы не вышла явная ложь.
- Случается, - вздохнула Катерина: кстати вспомнилось, как однажды Лешка галантно усадил ее в машину, ухитрившись прищемить дверцей одновременно и волосы и платье.
- Свекровь слушаешь? - выкрикнул из задних рядов сварливый ("Женский," - с удивлением поняла Катерина) голос. В этот раз для ответа ей даже не пришлось готовиться.
- Слушаю - не то слово, - энергично кивнула она. Слушать рассказы Майи Денисовны о том, что вытворяют на ролевках ее подопечные, можно было часами.
- Кудесы соблюдаешь? - строго спросил бородач, который, как начала подозревать Катерина, был среди собравшихся домовых главным.
- Я-я-я, теперь я расскажу, пожалуйста! - Хлюп поднял щупальце, словно школьник на уроке. - На прошлый День Домового, - начал он, не дожидаясь разрешения. - я получил мой любимый шампунь, Саму подарили плейер, а Ненила потре... то есть, попросила кусок ткани, но потом почему-то себе ничего не сделала, зато сшила Саму комбинезон - такой крутой, с молнией, с заклепками, и с шестью рукавами... А можно мне тоже на следующий День Домового два подарка? - вдруг обернулся он к Катерине.
- Шшш! - машинально одернула она унитазника. - До него еще дожить надо!
Домовые снова начали посмеиваться, но тут их глава многозначительно прокашлялся и все притихли.

- Мы поразмыслим над твоими словами! - торжественно возвестил бородач. Девушка судорожно выдохнула, едва веря ушам. Главный домовой помолчал немного и добавил:
- Людей, так и быть, наказывать не станем.
"Как будто вы их недостаточно наказали!" - чуть не ляпнула Катерина, но разнесшийся над толпой домовых жуткий вопль заставил ее забыть и возмущение, и радость. Хохот Твари-из-пианино по сравнению с нынешними звуками был просто райской музыкой. Колени дрогнули, и Катерина снова оказалась на полу - Хлюп едва успел отскочить.
- Она лжет! Не щадите людишек! Мы соберем армию! Мы поднимем вампиров из подвалов и склепов! - выла тварь. - Забыли, по чьей вине вы - ничтожества?! Развесили уши, жалкие маразматики...
- Зря он это сказал, - прошептал Хлюп хозяйке. - Смотри, как старики обиделись. А кто такие вампиры?
Катерина только затрясла головой в ответ - услужливо подсунутая воображением картина марширующих упырей ее доконала.
- Умолкни! - раскатистый голос домового легко заглушил вопли твари и заставил Катерину завидовать страусам.
- Нет для тебя никаких "Мы". Ты - не один из нас, - веско высказался другой домовой.
- А еще осмелился нас потревожить! Злыдень! Выродок! - раздалось в толпе.
- Накося тебе, - Рыжий показал кукиши куда-то за спину Катерины и тайком оглянулся на главного, словно виноватый мальчишка в ожидании подзатыльника.

Домовые уходили. Белые фигуры растворялись в темноте, чинно, неспешно, и Катерина вдруг поняла, что больше их не боится, каким бы зрением ни смотрела. Рыжий на прощанье обернулся и подмигнул ей - задорно и немного шкодливо.

***

Наконец толпа домовых растаяла, и тут Катерина увидела вдалеке двери. Обычные двери лифта. Они и прощальная ухмылка Рыжего могли бы стать прекрасной финальной точкой в кошмарных событиях долгого дня. Но жизнь, пусть и бок о бок с чудом, - не веселая сказка. Где-то там, в темноте, все еще есть чудовище.
Эти мысли даже не пронеслись в голове - мигнули ополоумевшей неоновой вывеской. Катерина сорвалась с места, как была - на четвереньках. Верный Хлюп бежал рядом.

Не раздалось ни рева, ни хохота - только резкий короткий свист. Правую ногу пониже колена захлестнуло что-то, впилось, раздирая джинсы, вонзилось в тело. Ткань защитила, но лишь отчасти. Штанина пропиталась кровью. Катерина заорала, сама не зная, от чего - от боли, или от сраха. Слишком знакомы были ощущения - однажды в детстве ей уже довелось запутаться в проволоке. Выбраться сама в тот раз она не смогла, а ведь это был солнечный день, и парк, где полно народу. И никаких тварей поблизости.
- Помогите! Пожалуйста! - прекрасно понимая, что это ничего не даст, она все же рванулась. Проволока вонзилась глубже. "Не проволока - струна," - вдруг пришло понимание, и от этого почему-то стало еще страшнее.
- Отстань от нее, гад ползучий! - полупрозрачная фигурка метнулась мимо Катерины в темноту. Одновременно с воинственным воплем Хлюпа просвистела еще струна. Не опутала протянутую к дверям руку - только содрала кусок кожи.

Тварь считает себя домовым. Когда домовые злы, они душат людей. Следующая струна захлестнет горло.
Осознав это, Катерина взвыла от ужаса.

Следующей струны не было. Были люди в синей форме спасателей, ворвавшиеся в кабину, которая внезапно стала совсем крошечной. Теряя сознание, Катерина слышала голоса, они становились все глуше и невнятнее:
- Режь быстрее!
- Что за черт? Проволока прямо из зеркала - как такое вообще может быть?
- Врача! Здесь раненый!
Потом была темнота, но уже совсем не страшная.


КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ




РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Л.Черникова "Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!" (Приключенческое фэнтези) | | В.Бер "Как удачно выйти замуж за дракона (инструкция для попаданки)" (Любовное фэнтези) | | Ф.Достоевский "Отморозок Чан" (Постапокалипсис) | | О.Коробкова "Ярмарка невест или русские не сдаются" (Приключенческое фэнтези) | | К.Вереск "Нам нельзя" (Женский роман) | | С.(Юлия "Каркуша или Красная кепка для Волка" (Современный любовный роман) | | М.Кистяева "Кроша" (Современный любовный роман) | | А.Оболенская "Правила неприличия" (Современный любовный роман) | | С.Лайм "Мертвая Академия. Печать Крови" (Юмористическое фэнтези) | | Т.Мирная "Колесо Сварога" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"